— Не хочу я в эти ваши деревяшки играть. Скукота. Егор сказал это в спину, не отрываясь от телефона, и бабушка услышала в его голосе не дерзость даже, а усталую глухую стену, какую человек выставляет, когда устал объяснять и махнул рукой на всех сразу. Она не обернулась. Поправила на столе у окна старую доску, развернула её к свету так, чтобы клетки легли ровно, и негромко ответила: — Дело твоё. Тогда я сама с собой. Скучно мне одной вечерами. И стала расставлять фигуры. *** Привезла его Жанна три...

Запах ладана и старого воска въелся в тяжелые дубовые половицы пригородного дома так прочно, что не выветривался даже в самый жаркий июльский зной. Петр любил, чтобы всё в доме было по его строгому уставу: иконы в красном углу начищены до зеркального блеска, обед подан ровно в два часа дня, а любые разговоры велись только по делу и исключительно вполголоса. Ольга жила здесь одиннадцать лет, став второй женой Петра после того, как его первая супруга тихо угасла от болезни, оставив ему шестилетнюю Дашу...