Пробка от термоса, которую я все утро не могла найти, лежала на ящике комода, присыпанная пылью. Я подняла её, и крошечный кусочек оранжевой резины на ладони вдруг показался самым важным предметом во всём мире. Той деталью, которой не хватало. Я крутила её в пальцах, слушая, как за окном дачи соседский пёс, тот самый рыжий дворовый алабай, требовал свою утреннюю порцию внимания. Его лай был низким, раскатистым, с характерным перехлёстом на высокой ноте в самом конце, будто он не лаял, а спрашивал: «Ну что?» Вчера вечером у нас был запланированный сеанс связи...