Снег скрипел под ботинками Сергея слишком громко. Мороз давил так, что воздух казался стеклянным. — Марина Николаевна, генератор холодного тумана я настроил, — сказал дезинсектор, стягивая плотные резиновые перчатки. — Таймер на пять минут. Препарат лютый, циперметрин с синергистами. Короеда на чердаке выжжет подчистую. Но дышать этим нельзя категорически. — Я поняла, — я кивнула, переступая с ноги на ногу. Я стояла на крыльце дедушкиного дома. На мне был только тонкий флисовый костюм и легкие короткие...

— Без Снегурочки какой я тебе Дед Мороз? — Влас стоял в дверях в одной майке и старых штанах, и не пускал сына дальше порога. — Пустой звон, а не праздник. Уноси обратно. *** Анатолий держал в руках большую коробку, перетянутую крест-накрест бечёвкой. Внутри, он знал это с детства, лежала свёрнутая красная шуба с белой опушкой, шапка, варежки, приклеенная к резинке ватная борода и круглый, как луковица, нос. А под ними, в отдельном холщовом мешочке, — серебристый кокошник с фольговыми зубцами, который мать столько зим подряд надевала, выходя во двор Снегурочкой...