Марина наблюдала за свекровью краем глаза, стараясь не привлекать внимания. Этот пристальный, скользящий взгляд стал её привычным оружием, щитом и источником боли одновременно. Людмила Семёновна сидела в своём любимом кресле, обтянутом когда-то бордовым, а теперь выцветшим до неопределённого розового бархатом, и пила чай. Не отрываясь от экрана телевизора. Там что-то бубнили о политике, но Людмилу Семёновну, казалось, больше интересовал блеклый позолоченный узор на чашке, чем то, что Кирилл, её внук, сидел в двух шагах на ковре, увлечённо собирая замок из конструктора...