Марк стоял у окна, гля, как завороженный, на соседний дом. В их районе, на стыке старого спального массива и новой точечной застройки, бетонные коробки росли, словно гигантские грибы после затяжного дождя. Они стояли часто, жадно загораживая друг от друга и без того скудный солнечный свет. Расстояние между фасадами иногда было настолько близким, что при желании можно было спокойно разглядеть в незанавешенных окнах чужие жизни: силуэты людей, очертания мебели, узор на обоях, даже то, как дрожат руки у старика, наливающего себе чай...