Вечерело, и от реки тянуло сыростью. Но ветер гнал эту стынь обратно, в низину, позволяя солнцу напоследок скользнуть по рубленым бокам крайнего дома, стоявшего на отшибе, у самого оврага. Дом был крепкий, с резными наличниками. Ставни, выкрашенные в синий цвет, уже облупились, но общий вид у избы был справный, хозяйский. Возле оврага буйно, в пояс человеку, поднялась крапива, а за ней, цепляясь колючками за трухлявые жерди, разросся дикий малинник. В этом малиннике, устроив себе лежку, словно зверь, уже битый час сидел Никифор по прозвищу Косолапый и не сводил глаз с дома...

Старый дед из‑за немощи становится обузой для сына и невестки — его перестают сажать за общий стол и кормят из лоханки. Внук Миша, видя это, мастерит лоханку «для родителей на старость», чем заставляет взрослых устыдиться. Они меняют своё отношение к старику. Басня учит уважению к пожилым и напоминает: отношение детей к родителям во многом зависит от примера, который те подают. Стал дед очень стар: ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. Когда он ел, у него текло изо рта...