Cлава Дункан гремела на всю Европу, ее называли «живым воплощением души танца». Ее жизнь - как будто сценарий бразильского сериала: слишком много трагических потрясений и роковых страстей, слишком много поэтов, художников, автомобилей, скандалов, романов… "Коллега" - имажинист и лучший друг Толя Мариенгоф - тащит Сергея к маленькой сцене, вокруг которой уже столпились все остальные гости. Есенин тихо выдыхает: "Богиня..." - и уже не отводит глаз от полноватой женской фигуры в полупрозрачном хитоне, которая кружится по паркету, пластика ее вроде бы простых движений кажется невероятной...

В конторе к шести вечера выключили свет. Не полностью, конечно, только в коридоре, чтобы народ не засиживался. Анна слышала, как щелкнул рубильник, как охранник прогромыхал сапогами по плитке, бросил на ходу: «Девочки, расходимся, завтра пятница уже была»...