Он положил документы на кухонный стол в четверг, между солонкой и хлебницей. Ровно туда, где обычно стояла его кружка с отколотым краем. Я прочитала. Потом прочитала ещё раз. Буквы не менялись. А в субботу я достала бабушкин сервиз, тот самый, с золотой каймой и трещиной на соуснице. Запекла утку с яблоками. Поставила свечи. Накрыла стол на шесть персон, хотя в квартире, кроме меня и кота, никого не было. Звучит как начало истории про женщину, которая тронулась умом. Но нет. Это было самое здравое решение за последние девять лет...