За столом уже доедали пирог, когда свёкор отложил вилку, вытер губы салфеткой и сказал так буднично, будто вспоминал цену на картошку: – Не каждому хватит духу отказаться от собственного сына, чтобы сохранить семью. Слова легли между тарелками и чашками, как что-то чужое, принесённое с улицы на подошвах. Никто не переспросил. Только Соня перестала водить ложкой по блюдцу, а Игорь медленно повернул обручальное кольцо внутрь ладони. На скатерти темнели круги от чашек. В блюде остывало мясо, пахло укропом, печёным луком и сладкой глазурью с пирога...