В детстве мне казалось, что настоящий дом умеет дышать, и этот — с терракотовыми наличниками и теплым светом в окнах — каждый новогодний вечер наполнял воздух обещанием чуда. Запах мандариновой цедры и хвои уже несколько дней витал в квартире, смешиваясь с морозной свежестью из приоткрытой форточки. Алиса стояла у окна, наблюдая, как пушистый снег укрывает город, превращая его в иллюстрацию к старой книге сказок. Тридцать первого числа всегда наступал этот странный момент затишья перед суетой, момент, когда прошлое становится осязаемее настоящего...