— Тебе для ребёнка ягод жалко? Тем более чужих? — золовка смотрела на меня с таким искренним возмущением, будто это я у неё украла, а не она вскрыла чужую банку без спроса. Я была в шоке: банка стоит у неё на коленях, крышка сброшена на сиденье, четырёхлетний пацан засовывает горсть ягод в рот, а вокруг — липкие красные разводы на обивке, на его футболке, на чужом полотенце, которое лежало рядом. — Это не мои ягоды, — я чувствовала, как лицо горит. — Это чужие. Я везу их для дочери маминой подруги...