Семен быстро спускался по лестнице, проклиная старый дом, изношенные трубы, ЖЭС и самого себя, за то, что никак не решится продать квартиру и переехать. Ниже слышалась какая-то суета. Одна женщина кричала, еще одна причитала. Ругался горьким, въедающимся в душу матом мужик, голос которого нельзя было узнать, так исказило его неизвестное горе. Чем ниже Семен спускался, тем медленнее становились шаги. Даже трубы отошли на второй план, сдаваясь любопытству. На третий этаж он сходил медленно, прислушиваясь и быстро стреляя глазами по сторонам...