— Кофе остыл! Лариса, ты что, совсем?! Я тебе сколько раз говорил, к семи чтоб горячий был! Крик Виктора разрезал утреннюю тишину, 31 декабря 7:00 утра. Лариса вздрогнула, это был рефлекс, выработанный за двадцать восемь лет брака, руки сами потянулись к турке, вылила остывший кофе в раковину, насыпала новый. Виктор, немытый, в растянутой майке-алкоголичке, уже жевал бутерброд, крошки от «Дарницкого» летели на пластиковую клеёнчатую скатерть в красную клетку, ел жадно, чавкая, словно боялся, что еду отнимут...