Крик у Антонины Рябовой вышел такой, что голуби с остановки взвились в серое небо, а у киоска с шаурмой дёрнулся продавец. Метла в её руках глухо стукнула об асфальт. Было без четверти семь, самый час, когда Заречье бежит на работу. Народ шёл густо. Кто с зонтом, кто с телефоном у уха, кто с кружкой в картонном стаканчике. Шли и обтекали маленький бурый комок у бордюра, как вода обтекает камень. Аккуратно, не глядя,. А комок был живой. Антонина видела, как ходит у него бочок. – Не наступите на него! Люди, да что ж вы, ослепли?! Щенок лежал на боку, подогнув лапки...