Снег за окном квартиры на Арбате кружился в причудливом танце, словно пытаясь повторить замысловатые узоры на витраже старого особняка напротив. Лариса стояла, прислонившись лбом к холодному стеклу, и наблюдала за этой немой симфонией. Москва готовилась к Рождеству, улицы сияли мишурой и гирляндами, но в ее душе была тихая, пронзительная пустота. Тридцать два года. Казалось бы, возраст расцвета, уверенности, обретения себя. Но она чувствовала себя как та снежинка за окном – красивой, но бесцельной и одинокой...