— Андрюш, ты это серьёзно? Наталья Петровна стояла у калитки, которая держалась на одной петле и честном слове. Вторая петля, судя по ржавчине, сдалась ещё при Брежневе. Наталья Петровна была женщиной основательной: пятьдесят четыре года, директор школьной столовой, голос как у диспетчера аэропорта. Когда она говорила «Андрюш, ты это серьёзно», у собак в соседнем дворе закладывало уши. Андрей стоял на крыльце. Крыльцо, правда, тоже было понятием условным: три доски, из которых одна уже не доска, а воспоминание о доске...