— Макс! Максим, посмотри на меня! Ты почему в одной футболке на веранде?! — голос Лены сорвался на хрип, когда она рванула на себя тугую деревянную дверь, ведущую в неотапливаемую пристройку. Дверь, разбухшая от осенней сырости, поддалась не сразу. За мутным, покрытым изморозью стеклом, на перевернутом деревянном ящике сидел её двенадцатилетний сын. Его губы приобрели отчетливый синеватый оттенок, а худые плечи ходили ходуном от крупной дрожи. Ноябрьский сквозняк гулял по щелястой веранде старой...