- Пятьдесят, сто, сто пятьдесят… Зинаида Степановна, слюнявя палец, методично отсчитывала крупные купюры. - Двести. Это за свечи. И еще сорок пять с иконной лавки. Хорошо пошло, батюшка. Прямо благодать. Она аккуратно сложила деньги в стопку, перетянула канцелярской резинкой и убрала в сейф, который неделю назад привезли из области и установили прямо в церковной пристройке. Отец Андрей сидел на старом венском стуле, опустив руки на колени. Ряса на нем висела мешком, манжеты потерлись. Он смотрел не на деньги, а на грязный линолеум, где остался след от ботинок Зинаиды Степановны...