Семёныч вышел во двор как раз тогда, когда Алла Михайловна поднимала с земли третью ёлку. Искусственную, зелёную, с погнутой серебряной звездой на макушке. Стояла в палисаднике с первого декабря, до вчерашнего вечера. — Бесполезно, Алла Михайловна, — сказал Семёныч, запахивая телогрейку. — Говорю вам: к вечеру снова лежать будет. — Ну конечно! — Алла воткнула ёлку в мёрзлую землю и уставилась на него. — Ты, Иван Семёнович, сначала скажи что делать, а потом уже пророчества строй. — Я говорю: бесполезно, — повторил он без выражения...