Пролог. Снег у ограды Москва, декабрь 1980 года. Храм Всех Святых на Соколе, островок тишины среди сталинских высоток, укутан в предрождественский иней. У его древней, местам потемневшей от копоти ограды, в бывшем дровяном сарайчике, который сторож дядя Миша из жалости не стал запирать, грелись у буржуйки двое. Бывший учитель астрономии Лев Исаакович, которого год назад выгнали с работы «за космополитизм и религиозные пережитки», и Митяй, вечно пьяный слесарь с завода имени Хруничева, потерявший семью в пожаре. Они пили чай из жестяной кружки, и Лев Исаакович, глядя на звезды, проступавшие сквозь дым, тихо говорил: «Видишь, Бетельгейзе? На Востоке, значит, скоро»...