В старой «сталинке» на Пречистенке утро всегда пахло одинаково: пыльной библиотечной тишиной, дорогим табаком покойного свёкра и едва уловимым ароматом лилий, которые Аделаида Степановна меняла каждые три дня. Катя стояла у окна, наблюдая, как февральский мокрый снег лениво залепляет стёкла. В её жизни всё было таким же серым и предсказуемым. Десять лет брака с Вадимом превратили её из восторженной художницы в тихую тень, удобную мебель в этой монументальной квартире. — Катенька, ты опять витаешь в облаках? — раздался сзади скрипучий, как несмазанная дверь, голос свекрови...