— Девочка, а билет у тебя есть? Настя стояла на крыльце сельского клуба и прижимала к груди пакет. В пакете лежал костюм снежинки. Белый, из старой маминой тюлевой занавески, обшитый серебристой мишурой. Настя шила его две недели. По вечерам, при свете настольной лампы, исколов все пальцы иголкой. — Нет, — еле слышно сказала она. — Нет у меня билета, Зинаида Аркадьевна. Заведующая клубом, высокая строгая женщина в бордовом костюме, покачала головой. — Без билета нельзя, Настя. Ты же знаешь. Билеты по триста рублей...

В шесть лет я впервые поняла, что я – другая. Это случилось на утреннике в детском саду. Мама сшила мне костюм снежинки: белое воздушное платье с блестками и серебряную корону. Я так ждала этот праздник! Представляла, как буду кружиться в танце с другими девочками. Но когда начались репетиции, воспитательница поставила меня в последний ряд. "Чтобы всех было видно", – сказала она. А я услышала шепот Маринки, самой красивой девочки группы: "Это потому что она толстая, как медвежонок". Вечером я разглядывала себя в зеркале в прихожей...