Остались Ольга с младшей дочерью в землянке одни. Тоскливо им было без Настёны, особенно по вечерам. Сумерки опускались быстро, затягивая деревню плотной синевой. Тишина давила. Даже сверчок за печкой примолк, и только треск горящих поленьев нарушал гнетущую тишину. Когда Настёна была дома, вечера проходили в разговорах: она рассказывала, как прошёл рабочий день в МТС, что интересного произошло, приносила какие-нибудь новости, иногда они затягивали песню на два голоса, и тогда забывалось, что хоть война и закончилась, а вокруг была всё та же разруха...