— Евдокия, ты одна? Она чуть не выронила чашку. Демьян стоял на пороге в своей неизменной клетчатой куртке, которую носил, кажется, с девяносто восьмого года. В руках — коробка из-под обуви, перетянутая аптечной резинкой. За двадцать лет совместной жизни с его сыном свёкор ни разу не обратился к ней напрямую. Ни разу. Всегда через Сергея: «Скажи жене, что суп пересолен», «Передай, что я в субботу приеду». Даже поздравления с днём рождения шли в конверте, подписанном «Серёжа + семья». Евдокия давно перестала обижаться...