— Стой, куда ты пакет с картошкой на пол? Там же грязь с ботинок натекла! — Галина перехватила тяжелую сумку, чувствуя, как пластиковые ручки, кажется, уже навсегда врезались в ладони, оставив там красные, горящие борозды. Виктор даже не обернулся. Он прошел в комнату, не разуваясь, оставляя на светлом ламинате влажные серые следы. Щелкнул пульт. Комнату заполнил бодрый голос ведущего из «Голубого огонька» — старая запись, которую крутили для создания настроения уже с двадцатых чисел декабря. — Вить, ну я же просила, — выдохнула Галя...