— Духу твоей семейки в новогоднюю ночь в моей квартире не будет, понял? — заявила Аня мужу, с размаху опуская нож на разделочную доску. Звук вышел сочный, финальный. Так гильотины падали во времена французской революции, отсекая головы зажравшимся аристократам. Только тут вместо аристократа была вареная морковка для оливье, а вместо плахи — икеевская доска, уже видавшая виды. Я, сидя в углу на табуретке и методично очищая селедку от костей, даже бровью не повела. Только внутренне хмыкнула. Ну наконец-то...