Шапочка была связана до половины. Голубая, рыхловатая, с белой полоской на отвороте. Наталья нашла её в Женином узелке, среди казённых вещей из больницы: спицы торчали из клубка, и нитка тянулась к последнему ряду петель, будто ещё ждала чьих-то пальцев. Две ладони шерсти. Всего две ладони отделяли шапочку от того, чтобы стать готовой вещью, а не памятью о человеке. Наталья довязала её в ту же ночь, под жёлтой кухонной лампой, пока Серёжа спал в комнате, а Павлик посапывал на её кровати, подложив кулак под щёку...