В субботу в десять утра Станислав вошел в калитку нашей площадки с тремя поводками в одной руке. На одном шла рыжая метиска Герда, на втором молодой черный кобель Норд. На третьем, отставая, плелась седая спаниелька Дуся — ей девять с половиной. Яна шла сзади, и в руках у нее был только термос. Пока муж разбирал поводки, она сказала мне вполголоса: «Вы же помните, он был против». Я помнил. Два года назад, в ноябре, Яна позвонила мне в слезах из-за первой из этих трех собак. Станислав тогда сидел рядом и в разговор не вмешивался, только в конце сказал в трубку: «Собака не моя, я в это не лезу»...