Тридцать первого декабря в одиннадцать вечера я стояла у стола с последней тарелкой в руках, когда в дверь позвонили. Стол был накрыт на нас с Геннадием и на сына Тимура, который обещал заехать после своей компании. Я открыла и увидела на пороге деверя Эдуарда с двумя спортивными сумками и снегом на шапке. «Люда, — сказал он, — я до Рождества, не прогоните?» Эдуард брат моего мужа, ему пятьдесят девять, двадцать лет он ездил дальнобойщиком, и от него всегда пахло дорогой и мятной жвачкой. Осенью...