Карточка дрожала в руке, и Лида никак не могла собрать в одно то, что видели глаза. Её имя. Её год. Чужая рука. Чужое лицо. «Доченьке». Глава 1/3 Она сидела на полу перед раскрытым сундуком, и тепло натопленной избы вдруг стало ей ни к чему. Холодно сделалось не телу, а где-то внутри, под рёбрами, и этот холод не лечился печкой. Лида перечитала надпись три раза, будто буквы могли перестроиться и сложиться во что-то понятное. Они не перестраивались. Мать её звали Тоня. Антонина. Серафимина дочь. Так Лиде говорили всю жизнь, и она не думала усомниться, как не думаешь усомниться, что вода мокрая...