— Никуда она не денется, приютит, слабачка, — усмехнулась бывшая свекровь, плотнее прижимая трубку к уху и отворачиваясь к панорамному окну. — Поплачу немного, скажу, что на улице осталась, она и растает. Главное, вы свои бумажные дела решайте быстрее, а я у нее тут пересижу месяц-другой на всем готовеньком. Я стояла в двух шагах за ее спиной, держа в руках бумажный стаканчик с горячим чаем, который только что купила ей из жалости. Мои пальцы так сильно сжали картон, что горячая капля капнула на рукав идеального белого пиджака...