– Я не могу больше жить с пенсионеркой, – заявил Игорь, застёгивая куртку в прихожей. Чемодан уже стоял у двери, собранный заранее, пока я была на работе. Я держала в руках его чашку – ту самую, с отколотым краем, из которой он пил чай тридцать лет подряд. Рука не дрогнула. – Мы ровесники, Игорь. Обоим по пятьдесят пять. – Вот именно, – он даже не обернулся, будто разговаривал с вешалкой в прихожей, а не со мной. – А я ещё хочу пожить. Не досиживать вечера перед телевизором с пледом на коленях. Я поставила чашку на полку...