Солёный вкус слёз перемешивался с привкусом дешёвой помады. Я стояла в ванной, прижавшись лбом к холодному кафелю, и слушала, как за дверью Нина Павловна громыхает кастрюлями. Каждый удар крышки отдавался в моих висках. Три года. Три года я жила в этом режиме «общего котла», где мои заработки косметолога аккуратно вливались в семейный бюджет, а на выходе я получала лишь право на триста рублей в день «на проезд и перекус». — Дашенька, ну зачем тебе новые сапоги? — Нина Павловна вчера снова развела руками, глядя на мою промокшую обувь...