— Мама, Ваня не вернулся! Его нигде нет! Анна Степановна выронила полотенце. Люба стояла на пороге, без платка, в расстёгнутой куртке. Лицо белое, губы трясутся. — Как нет? Он же с ребятами за шишками ходил. — Ребята вернулись. А он отстал. Говорят, побежал за белкой в сторону Гнилой пади. Звали, звали… Мама, уже темнеет! Анна посмотрела в окно. Над тайгой висели тяжёлые октябрьские тучи. Начинался мелкий холодный дождь. К ночи он мог перейти в снег. — Петру звони, — сказала она и сама удивилась, какой твёрдый у неё голос...