Сверкают сотни снежинок за моим окном. От миллионов улыбок тает снег кругом. А я любовь нарисую, вьюгой на стекле. И навсегда расколдую сказку о тебе. Пусть снег метет, метет, метет. Пусть Рождество ко всем придет. В парках и на улицах люди целуются. Кружится снег, кружится, не упадет. И только мне кажется, только мне чудится. Счастье и меня непременно найдет. Вокруг мигают софиты, праздничных огней. Играют ровные биты, музыки моей. И мне так хочется снова, в небо прокричать. Под ритмы вьюги с тобою, вновь потанцевать. Пусть снег метет, метет, метет. Мой Дед Мороз меня найдет. В парках и на улицах люди целуются...

Валентина Петровна решила, что на пятидесятилетии сына места хватит только для «своих». Дмитрий попросил меня не устраивать скандал. Я согласилась не спорить, а потом внимательно посмотрела, кому именно поручили сообщить гостям время и адрес. – Нину Ивановну вычёркиваем, – сказала Валентина Петровна и провела ручкой по строчке так уверенно, будто речь шла не о моей матери, а о лишней пачке салфеток. Мы сидели втроём на нашей кухне. Перед свекровью лежал лист в клетку. Слева она записала гостей, справа блюда, внизу время, когда кому приезжать...