Утро начиналось с кофе. Двадцать восемь лет подряд, одна и та же турка, один и тот же рецепт. Крепкий, почти горький, с половиной ложки сахара. Для него. Для себя Лариса так и не научилась варить. Она ставила турку на плиту ещё до рассвета, когда за окном серело, а из спальни доносилось ровное дыхание мужа. Этот звук она знала так же хорошо, как собственное имя. Сегодня был особенный день. Юбилей. Шестьдесят. Виктор проснулся раньше обычного и сразу направился к зеркалу. Стоял в ванной, поворачивался в профиль, втягивал живот...

— Что это? Елена Петровна стояла в коридоре, сжимая в руке смятый чек. Бумага была теплой и влажной от пальцев. Она смотрела на мужа, который сидел за кухонным столом и методично размешивал сахар в чашке с чаем. Ложка позвякивала о край. Телевизор в углу работал почти без звука, показывая какой-то строительный канал, где мужчины в касках передвигали бетонные блоки. На улице темнело. Октябрь выдался промозглым, и по стеклу ползли косые струйки дождя. Где-то у соседей сверху слышался размеренный стук...