— Ты уже и тапочки свои притащила? — Ольга стояла в дверях тесной кухни, скрестив руки на груди. Ее голос, обычно ровный и холодный, сейчас подрагивал от плохо скрываемого изумления. Татьяна, сидевшая на колченогом табурете, даже не вздрогнула. Она медленно размешивала сахар в старой щербатой кружке, и звук металла о керамику в тишине пустой квартиры казался оглушительным. Рядом на полу действительно стояла объемная хозяйственная сумка, из которой стыдливо высовывался край махрового халата. — Не начинай, Оля...

— Ты серьезно считаешь, что моя жизнь — это просто склад для твоих проблем, Оля? Пока ты нежилась в спа и смеялась над моей «безотказностью», я теряла карьеру и остатки самоуважения. Для тебя я не сестра, а удобный инструмент, бесплатная функция, которую можно включить и выключить по желанию. И самое страшное, что ты даже не чувствуешь вины, считая, что я обязана тебе просто по факту своего существования, пока у меня нет «нормальной» семьи. Субботнее утро Жанны началось не с аромата свежезаваренного кофе и не с мягких солнечных лучей, пробивающихся сквозь шторы...