— Двадцать лет! Ты понимаешь, что такое двадцать лет?! — Раиса Николаевна швырнула полотенце на кухонный стол и развернулась к сыну. — Ты ещё молоко на губах не обсохло, а уже в ЗАГС намылился! Артём стоял в дверях. Куртка в руке, ключи зажаты так, что костяшки побелели. — Мам, мы уже всё решили. — Вы решили! — она засмеялась — резко, без радости. — Ты и эта твоя Катя решили! А меня спросили? Я тут никто, да? Родила, вырастила — и молчи теперь в тряпочку? — Мы любим друг друга. — Любо-овь! — Раиса Николаевна протянула слово нараспев, как будто оно было смешным...

Зина возвращалась из аптеки уставшая, но довольная. Смена выдалась тяжёлая: с утра привезли новую партию лекарств, пришлось разбирать коробки, потом наплыв посетителей под вечер. Но дома ждал Коля, и от этого становилось тепло на душе...