Чёрная грива кольцами вьётся, Конь вороно́й по полю несётся. Давит копытом мягкую глину, Шпора упёрлась в Во́рона с силой. Всадник уверенно гонит коня, Но впереди на пути полынья! Жадно вдыхает конь воздух сырой, Всадник сильней жмёт бочину ногой. Чует опасность, беду – вороно́й, Надо свернуть, обойти стороной! Давит узда, но есть сила и смелость, Жить вороно́му очень хотелось. Против кнута, против шпоры – расклад, Знает, что делать, я бьюсь об заклад! Влево уходит во́рон ретивый, Всадника хлещет чёрная грива...

В чёрном поле, где пепла раздолье, Бродит раненый конь вороной. Проседает он, щурясь от боли, Отражённой нещадной войной. Кровь застыла на коже упругой. Пал наездник в отважном бою. Воин был для коня лучшим другом. А теперь он в далёком раю. На исходе последние силы. А из сердца сочится мольба: "Вот бы крылья ты мне подарила, Непростая хозяйка - судьба. Я бы взмыл черногривым Пегасом В бесконечную светлую даль. И крылом, вопреки ипостасям, Дорогого бы друга обнял." На земле под золы́ чёрной стаей Бездыха́нно "спит" конь вороной...