Я нажимаю play. Первые аккорды. И сразу — тот самый, давно не слышанный вживую голос Гуфа. Не вылизанный, не «для алгоритмов». Тот, что проскальзывает сквозь шум, как сквозняк в старой квартире. А дальше припев: «Говорят, из песни слов не выкинешь… Но получилось». Я смеюсь. Горько. Потому что это давно не про музыку. Это про нас. Про то, как нас пикают, вырезают, затирают маркером, а мы всё равно находим способ договорить. И главное — находим тех, кто слышит то, что было между строк. Слушаю куплет Гуфа и киваю, хотя в комнате никого...

Я работаю маркетологом в рекламном агентстве. У меня ChatGPT в пяти вкладках, Midjourney в подписке, Claude в проекте с прошлой недели. Я знаю, что такое AI-контент на русском: это серая каша, которую отличает от человека любой, кто читает больше одного текста в день. Поэтому когда я говорю «сделала папе песню через ИИ — и получилось», я сама сначала не поверила. Папе исполнилось 55. Андрей Петрович, инженер-электрик на большом химзаводе. Работает по сменам, в выходные — гараж: что-то точит, паяет, собирает велосипед соседскому внуку...