Десять лет Нелли терпела насмешки свекрови и золовки. Они были уверены: тихая невестка проглотит всё. Но тишина бывает обманчива, особенно когда в ней прячется диктофон. Нелли поставила чайник и вытерла руки о полотенце. Полотенце было старое, с вышитым петухом, которого свекровь подарила им на новоселье со словами: «Вам и такое сойдёт». Восемь лет назад. Петух выцвел, нитки торчали в разные стороны, но она не выбрасывала. Привыкла. Геннадий сидел в комнате, листал что-то в телефоне. Она слышала, как он посмеивается...

1941 год Прохор не спал уже которую ночь. Тёща то всхлипывала, то он шепот её слышал и знал, что она молится у иконы. То, всё же выпив, отвар трав для успокоения, она засыпала и храпела так, что ему казалось, будто бы за стенкой трактор рычит. Он ворочался на скрипучей кровати, смотрел в потолок и мыслями уносился в воспоминания, в те дни, когда он счастлив был. А теперь... Дом без Зои стал словно чужим. Будто бы не строили они его вместе, не входили сюда, взявшись за руки, не создавали вместе уют...