У двери стояли две детские сумки. Одна с машинками, другая с розовым дождевиком. — Раз детей нет, будете нянчить племянников всё лето, — решила Надежда Семёновна. Зоя посмотрела на мужа. — Матвей, ты знал? — Мама говорила про пару недель. — Про всё лето, — поправила свекровь. — Вам всё равно проще. Дети ждали в машине. Их родители даже не поднялись. Егор прижимал к стеклу ладонь, Аня показывала новый рюкзак. Они улыбались людям, которые, по их сведениям, давно ждали начала общих каникул. Отказать у подъезда означало бы изменить взрослый график и разрушить уже вручённое детям обещание...

По воскресеньям Артём приносил деду тетрадь по русскому языку. Лев Борисович надевал очки, доставал красную ручку и говорил: — Так, посмотрим, что у нас сегодня. «У нас» означало, что через час от Артёмова текста останутся предлоги и несколько коротких фраз. «На улице было холодно» превращалось в «Сентябрьский ветер уже примерял зимний голос». «Мы с папой пошли за грибами» — в «Отец повёл меня в молчаливое осеннее царство». Сначала Артёму нравилось. Дедовы фразы звучали торжественно, учительница ставила пятёрки, мама показывала работы коллегам...