Ночь в квартире стояла спертая, пропитанная запахом котлет и детского стирального порошка. Тамара, грузная, в растянутой футболке с пятном от вишневого сока, которую не снимала даже на ночь, сползла с разложенного дивана. Она уже года полтора как спала отдельно от мужа, потому что ей нужен простор. Женщина ступала тяжело, по-утиному переваливаясь с боку на бок, шлепая босыми ногами по ламинату. Холодильник встретил ее почтительным гулом и желтоватым светом, выхватившим из темноты бастионы кастрюль и тарелку с остатками макарон по-флотски...

В квартире Пахомовых всегда стоял густой дух ленивых голубцов. Этот аромат пропитал буквально каждую вещь в квартире. Марина тянула лямку педагога в районной школе. Её будни сливались в один бесконечный марафон: двадцать пять неугомонных спиногрызов, горы проверочных работ, отчеты для методиста и заискивающий тон, которым она объясняла очередному отцу, почему их ненаглядная Дашенька опять подралась из-за сменки. Возвращалась она домой с въевшейся под ногти меловой крошкой и пульсирующей болью в висках...