В понедельник, ровно в восемь утра, я, Кира Андреевна Волошина, сорок восемь лет, стояла в коридоре своей квартиры с чемоданом в руке, когда в дверь напротив позвонили. Я жила на этом этаже двенадцать лет и знала: квартира номер семь пустует с тех пор, как умерла Валентина Григорьевна, — года четыре, не меньше. Но за дверью стоял мужчина с двумя огромными чемоданами и связкой ключей. — Здравствуйте, — сказал он. — Я, кажется, ваш новый сосед. Олег Петрович Кузьмин. Купил эту квартиру у наследников...

— Ты серьезно собираешься вбухать столько денег в какую-то плитку? — голос Антонины Степановны, свекрови, разрезал тишину новой, пахнущей краской кухни, как нож масло. Она стояла, скрестив руки на груди, и разглядывала образцы итальянского керамогранита, разложенные на столешнице. — Мы с Валерой всю жизнь на линолеуме прожили, и ничего, ноги не отвалились. Марина, все еще в рабочем костюме, но уже без туфель, устало опустилась на барный стул. День в логистической компании вымотал её до предела: три сорванные поставки, истерика у заказчика, а теперь еще и это...