Сосед мой, Петрович, на днях притащил с барахолки венский стул. Ножки в разные стороны смотрят, сиденье фанерное проломлено, краска облезла до самого мяса. Жена его, понятное дело, за сердце схватилась: «Выкинь ты это, зачем домой притащил». А Петрович сидит, крутит его в руках, по ножке ногтем стучит. Звук глухой, плотный, как по хорошему сухарю. Он жене и говорит: «Стул еще внуков наших будущих переживет». И ведь прав мужик. Сейчас в мебельных магазинах красота одна, а в руки возьмешь — пустота...

Семидесятилетний Савелий Тихонович всю жизнь проработал столяром и привык замечать даже мельчайшие трещины в дереве. Но в собственной семье он слишком долго не замечал, как ломается жизнь тринадцатилетнего внука. Зять считал страх слабостью, унижал мальчика и пытался воспитать из него мужчину по своим правилам, а дочь предпочитала не замечать происходящего. Когда Савелия выставили из квартиры, он уехал, так и не выполнив обещание защитить внука. Но вскоре выяснилось, что Артур увез Мирона в неизвестном направлении, присылал старые фотографии и скрывал правду...

Квартиру заливает запах краски и ремонта, а Марьяна методично избавляется от старых вещей. Но кот Кеша встаёт на защиту дедушкиного стула, и эта битва за кусок мебели оборачивается для хозяйки неожиданным открытием. Квартира пахла шпаклёвкой, растворителем и чем-то едким, от чего слезились глаза. Третью неделю здесь жили стремянки, рулоны пленки и строительная пыль, оседающая на всём белым налетом, будто в доме случился ранний снег. Марьяна ходила по этому пепелищу с черным мешком для мусора в руках и методично выносила из своей жизни всё, что казалось лишним...