— Давай-давай, шевели тапками, складывай свои ложки-поварешки, мать уже заждалась. Ты над одной вазочкой полчаса кукуешь. Вадим суетился посреди тесной прихожей, толкая ногой картонную коробку с зимними вещами. Лицо его горело энтузиазмом человека, который только что нашел гениальную схему и спешил воплотить ее в жизнь. Алина молча упаковывала любимую чашку в пупырчатую пленку. Переезд в трехкомнатные хоромы будущей свекрови с самого начала казался ей затеей сомнительной. Но Вадик пел соловьем — битых две недели заливался так, что заслушаешься...

— Ой, племяшечка дорогая, как же я по тебе соскучилась! Ой, как у вас тут… Дорого! Ремонт, небось, в бешеные тысячи обошелся? Ну да, ну да, можете себе позволить… А мы вот решили жизнь изменить, в столицу перебраться… Сынок мне так и сказал: поехали, говорит, мам, в Москву...

— Мама сказала, что в её возрасте вредно дышать угарным газом от проспекта, а у нас тут двор-колодец, липы цветут и третий этаж без лифта — как раз для кардиотренировок, — Миша тщательно размазывал кабачковую икру по куску батона, стараясь, чтобы дефицитный деликатес из баночки за сорок рублей покрыл всю хлебную площадь без залысин. Оля даже чайник мимо чашки не пронесла, хотя искушение было великое. Середина июля выдалась такой, что асфальт за окном плавился, как дешевый сыр в микроволновке, а тут еще родной муж решил выступить в роли квартирного гроссмейстера...