Любовь никогда не просила ни у кого помощи. В поселке городского типа, где каждый шаг был на виду, про неё говорили коротко: «Люба — кремень». И в этом слова «кремень» слышалось не столько уважение, сколько осторожное опасение. С такими людьми не спорят, к таким не приходят за солью, у таких не просят взаймы. Муж её, Николай, умер рано и глупо. Пошёл по весне на рыбалку, провалился под рыхлый ноздреватый лёд. Выкарабкался сам, но успел сильно наглотаться ледяной воды. Через неделю сгорел от крупозного воспаления лёгких...

— Ирина, посмотри на дверь, — сказал Алексей, и голос у него дрогнул. — Она открыта, — ответила Ирина. — Кто мог её открыть, мы же закрывали на два замка. — Может, ветром? — Лёша, ветром замки не отпираются. Они стояли перед калиткой, за которой виднелся дом, купленный ими четыре года назад под старым названием «Сосновый край», а на деле обычный дачный посёлок в тридцати километрах от города. Чемоданы стояли у ног, колёсики ещё пахли аэропортом и долгой дорогой. За плечами остался месяц в другой...