— Ниночка, соль-то не сыпь горстями, мы не в столовой. Валентина Петровна стояла в дверях кухни, скрестив руки, и смотрела, как невестка солит суп. — Хотя тебе-то что. Не на свои покупаешь. Нина замерла с ложкой над кастрюлей. Двадцать лет она слышала эту песню в разных вариациях. Свекровь была изобретательна: могла зайти издалека, могла с порога, а могла вообще ничего не сказать — просто посмотреть, и всё становилось понятно. — Валентина Петровна, я эту соль на свою зарплату купила. — Ой, ну конечно...

Мать умерла в ноябре. Ноябрь в тот год выдался лютый. Река встала рано. Снег выпал уже в октябре и лежал плотно, тяжело. В избе топили печь, но тепло держалось плохо — углы промерзали, от окон тянуло холодом...