Бабушкин холодильник, отключённый ещё весной, я отмывала изнутри, когда зазвонил телефон. Брат не звонил мне с апреля, с похорон. Рома начал без «привет»: «Бабушкину квартиру поделим поровну, я же тоже внук». С телефоном у уха я вытерла руки и вышла в прихожую. У двери стояли две хозяйственные сумки с сервизом, завёрнутым в бумагу ещё в выходные. Его бабушка обещала соседке по площадке, Ларисе Степановне. Отдать его я собиралась в субботу. Ответила не сразу. Рома ждать не стал и заговорил про цены и про свою ипотеку...

«Я там больше не живу. Почему я должен платить?» Муж написал это за три дня до списания очередного платежа. Я стояла в магазине с корзиной продуктов. Положила обратно кофе, сыр и упаковку рыбы. До нужной суммы всё равно не хватало. В этой истории героиню зовут Марина. Это собирательный образ, не документальный рассказ одной семьи. Но ловушка вполне настоящая: отношения закончились, а обязательства перед банком остались. Марине было сорок шесть, когда они с Олегом взяли ипотеку. Второй брак, взрослые дети, работа у обоих...