— Я долю не продавал. Я её подарил, — сообщил Артём по телефону, пока Жанна стояла в прихожей перед незнакомым мужчиной с дорожной сумкой. Мужчина терпеливо держал в руках паспорт и несколько листов. На верхнем виднелись печать нотариуса, адрес квартиры и фамилия, которую Жанна никогда раньше не слышала. — Кому подарил? — переспросила она, хотя уже догадалась, что ответ ей не понравится. — Роману. Моему двоюродному брату. Он теперь такой же собственник, как ты. Так что пускай человека, он не в гостиницу приехал...

- Освобождай спальню до вечера, Вера, сюда переезжает моя дочка! И шторы эти пыльные сними, у Кристиночки на старый текстиль чихание открывается! - Зинаида Павловна с грохотом опустила два пузатых клетчатых баула прямо на светлый паркет посреди коридора и по-хозяйски уперла руки в крутые бока, обтянутые лиловым трикотажным кардиганом. Вера Сергеевна, стоявшая у обувницы с ложкой для обуви в руке, даже не вздрогнула. За сорок восемь лет жизни и одиннадцать лет второго брака с Леонидом она выучила командный фальцет свекрови до мельчайших интонаций...